Чем лечить кашель форум

Научно-исследовательский институт скорой помощи им. Н.В. Склифосовского, Москва

Ростовский государственный медицинский университет Минздрава России, Ростов-на-Дону, Россия, 344000

Кашель как проявление синдрома постназального затека

Журнал: Российская ринология. 2020;28(1): 10-14

Киселев В. В., Лукашевич М. Г. Кашель как проявление синдрома постназального затека. Российская ринология. 2020;28(1):10-14.
Kiselev V V, Lukashevich M G. Cough as a sign of post-nasal drip syndrome. Russian Rhinology. 2020;28(1):10-14.
https://doi.org/10.17116/rosrino20202801110

Научно-исследовательский институт скорой помощи им. Н.В. Склифосовского, Москва

Введение. Кашель является основным симптомом патологии дыхательных путей у детей и наиболее частой причиной обращения к педиатру. Хронический аденоидит и связанная с ним симптоматика, в том числе синдром постназального затека (СПНЗ), — одна из распространенных причин обращения к лор-врачу. Изучение связи между аденоидитом и патологическим кашлем необходимо для обоснования участия лор-врача в обследовании и лечении ребенка. Накопление клинических исследований в этом направлении, возможно, приведет к введению лор-обследования в стандарт обследования и лечения ребенка с кашлем. Цель исследования — изучение причинно-следственной связи между длительным кашлем и СПНЗ у детей. Материал и методы. Обследованы 300 детей со средней длительностью кашля 27±2,3 сут. Всем пациентам проводили пульмонологическое исследование для исключения заболеваний нижних дыхательных путей, иммунологическое исследование для выявления оппортунистических вирусных инфекций как причины аденоидов и хронического аденоидита, а также исследование лор-органов. Результаты. В возрастной группе до 7 лет признаки хронической вирусной инфекции Эпштейна-Барр выявлены в 67,6% случаев, в том числе обострения хронического аденоидита — в 51,9%. Во второй возрастной группе частота герпесвирусной инфекции составила 13,1%, СПНЗ — 26,2%, из них аденоиды имели место у 87% детей. Лечение аденоидов и хронического аденоидита включало ирригацию полости носа, перемещение лекарственных препаратов, применение топических противовоспалительных препаратов и кортикостероидов. Перечисленные лечебные мероприятия привели к прекращению кашля или уменьшению его интенсивности до незначительной у всех детей с аденоидами. Заключение. Таким образом, в комплекс обследования и лечения детей с длительным кашлем необходимо включать исследование ЛОР-органов для исключения СПНЗ как причины кашля и дополнять лечение у пульмонолога и педиатра лечением аденоидита.

Научно-исследовательский институт скорой помощи им. Н.В. Склифосовского, Москва

Ростовский государственный медицинский университет Минздрава России, Ростов-на-Дону, Россия, 344000

В процессе филогенеза организм человека приобрел целый ряд механизмов, защищающих его от внешних воздействий и направленных на сохранение устойчивого постоянства внутренней среды. Для дыхательной системы такими механизмами являются мукоцилиарный клиренс, чихание и кашель. Мукоцилиарный клиренс обеспечивает фиксацию пыли, мелких пылевидных частиц на поверхности слизи и их эвакуацию за пределы дыхательных путей.

Кашель и чихание являются безусловными рефлексами, центры которых локализуются в продолговатом мозге. Они предназначены для эвакуации более крупных частиц и инородных тел, которые не могут быть удалены с помощью мукоцилиарного транспорта. Возникает кашель при раздражении кашлевых рецепторов (окончания языкоглоточного, блуждающего и тройничного нервов), расположенных в слизистой оболочке задней стенки глотки, гортани, трахеи, бронхов, плевры, носа, среднего уха, перикарда, пищевода, под влиянием различных факторов.

Кашлевые рецепторы подразделяются на быстро адаптирующиеся (ирритантные), которые реагируют на механические, термические, химические раздражители, и C-рецепторы, которые стимулируются медиаторами воспаления: простагландинами, брадикинином, субстанцией P (нейропептид, который оказывает стимулирующее действие на секрецию слизи бокаловидными клетками и слизистыми железами, усиливает проницаемость микрососудов, транссудацию плазмы в просвет дыхательных путей, увеличивает выраженность воспалительного отека в слизистой бронхов, усиливает дегрануляцию тучных клеток, что ведет к высвобождению биологически активных веществ, обладающих провоспалительным эффектом) и др. [1, 2]. Импульс, возникший при раздражении рецепторов, передается через афферентные волокна блуждающего нерва в «кашлевой» центр, расположенный в продолговатом мозге. Рефлекторная дуга замыкается эфферентными волокнами блуждающего, диафрагмального и спинальных нервов, идущих к мышцам грудной клетки, диафрагмы и брюшного пресса, сокращение которых приводит к резкому повышению давления в грудной полости.

С точки зрения биомеханики кашель представляет собой резкий выдох при закрытой голосовой щели. Когда давление в трахеобронхиальном дереве становится выше силы смыкания голосовых складок — голосовая щель открывается, при этом содержимое дыхательных путей выбрасывается наружу. Давление падает, голосовая щель вновь смыкается. Редкие кашлевые толчки представляют собой нормальное явление. Дети 8—12 лет кашляют в среднем 11,3 раза в день [3, 4]

Кашель возникает при стимуляции рефлексогенных зон гортани, трахеи, бронхов воспалительным процессом или инородным телом. Кашель, по данным большинства авторов, является наиболее частой причиной обращения к врачу и наиболее частым симптомом заболевания дыхательных путей в детском возрасте [3].

К сожалению, на сегодняшний день в доступной литературе отсутствуют четкие критерии, позволяющие классифицировать кашель по продолжительности, поскольку национальный согласительный документ по кашлю — клинические рекомендации Российского педиатрического респираторного общества — находится в активной разработке.

В настоящее время выделяют три главные причины длительного кашля [5—7]:

1) синдром постназального затекания (СПНЗ);

2) гастроэзофагеальный рефлюкс;

3) воспалительные процессы в нижних дыхательных путях.

Однако причиной кашля могут быть не только патология нижних дыхательных путей и СПНЗ, но и воспаление в зоне кашлевых рецепторов верхних дыхательных путей. Бесспорно, перечисленные факторы не охватывают все возможные причины кашля, хотя и являются одними из наиболее важных.

СПНЗ, по данным ряда авторов, является причиной хронического кашля в 20—34% случаев [6]. СПНЗ не является нозологической единицей, он представляет собой совокупность клинических ситуаций, которые характеризуются стеканием слизи или экссудата по задней стенке глотки. Слизь является физиологическим продуктом слизистой оболочки, поэтому она постоянно стекает по задней стенке глотки незаметно для человека. При увеличении количества слизи она превращается в раздражающий фактор, проявляющийся СПНЗ. С клинической точки зрения при этом возникает сухой кашель, который наблюдается в основном ночью и утром и носит затяжной характер [8].

Одной из причин СПНЗ у детей, по данным литературы, является хронический аденоидит — хроническое воспаление гипертрофированной глоточной миндалины [9].

Цель исследования — изучение причинно-следственной связи между длительным кашлем и СПНЗ у детей.

Пациенты и методы

Обследовали 300 детей в возрасте от 2,2 года до 14 лет, обратившихся к пульмонологу с жалобами на кашель длительностью более 3 нед: 178 (59,3%) мальчиков, 122 (40,6%) девочки. Средняя продолжительность кашля составила 27±2,3 сут. Все пациенты были разделены на две возрастные группы: в 1-ю группу вошли 216 (72%) детей в возрасте от 2 до 7 лет, во 2-ю — 84 (28%) пациента возрасте от 7 до 14 лет.

Обследование включало: сбор анамнеза, анализ медицинской документации (форма 112/у, 026/у), физикальное исследование, стандартный осмотр ЛОР-органов, у детей 2-й группы проводили заднюю риноскопию, у детей 1-й группы при необходимости — эндоскопическое исследование носоглотки.

Лабораторные обследования включали:

— исследование крови на наличие маркеров оппортунистических инфекций (цитомегаловирус — ЦМВ, вирус Эпштейна-Барр (ВЭБ), вирус герпеса (ВГ) 1-го, 2-го, 6-го типов) методом иммуноферментного анализа (ИФА), антигенов ЦМВ, ВЭБ в мазке со слизистой оболочки ротоглотки;

— оценку данных риноцитограммы;

— определение времени мукоцилиарного транспорта (ВМЦТ) по методике З.С. Пискунова, Л.Н. Ерофеевой;

— определение общего иммуноглобулина (Ig) Е.

Детям старше 6 лет осуществляли исследование функции внешнего дыхания (ФВД) и пробу с бронхолитиками. Все пациенты были обследованы на наличие паразитарных инфекций и глистных инвазий (серологические анализы и исследование кала).

По показаниям проводились обследование на микоплазменную и хламидийную инфекции, коклюш и паракоклюш, определение с-реактивного белка (СРБ) и прокальцитонина, компьютерная томография органов грудной клетки.

Для статистической обработки полученных результатов применяли интегрированный пакет прикладных программ Statistica for Windows 6,0. Во всех процедурах статистического анализа критический уровень значимости р принимался равным 0,05.

Результаты

При анализе преморбидных факторов была выявлена высокая частота (45,8% — в 1-й группе, 35,7% — во 2-й группе в анамнезе) лимфатическо-гипопластической аномалии конституции (ЛГАК). У большинства детей 1-й группы ЛГАК сочеталась с паратрофией. Реже наблюдалась гематологическая картина анемии легкой степени во всех группах (27 и 25% соответственно). У 117 (54,2%) детей обращение к пульмонологу по поводу длительного кашля совпало с первым годом посещения детского дошкольного учреждения.

В 1-й группе наиболее часто выявлялись признаки персистирующих вирусных инфекций. При серологическом обследовании у 146 (67,6%) детей были обнаружены маркеры хронической Эпштейна—Барр вирусной инфекции (ХЭБВИ): IgG к ядерному антигену ВЭБ (EBNA).

Признаки обострения хронического аденоидита были обнаружены у 112 (51,9%) детей с ХЭБВИ, из них у 76 (67,8%) обострение аденоидита сопровождалось стадией типичной и атипичной реактивации: IgM к антигену оболочки ВЭБ (VCA) определялись у 100% детей, IgG к раннему антигену ВЭБ (EA) — у 89,3%. При обследовании методом полимеразной цепной реакции (ПЦР) в 1-й группе у 92% больных в стадии обострения аденоидита была определена ДНК ВЭБ, в том числе в плазме крови — у 61,9%, в слизи носоглотки — у 75% детей.

У 56,7% детей отмечались признаки сочетанной герпесвирусной инфекции: сочетание ХЭБВ с ВГ 1-го и 2-го типа — у 39,3%, сочетание ХЭБВ с инфекцией ВГ 6-го типа — у 17,4% детей.

Положительный результат ведения больных 1-й группы в дальнейшем был достигнут совместной работой оториноларинголога, пульмонолога, и аллерголога–иммунолога. Косвенные признаки паразитарных инфекций (определение коэффициента позитивности антител класса IgG более 1,0) были выявлены у 12 (5,6%) пациентов: аскаридоз — у 5, лямблиоз — у 4, описторхоз — у 3. Все они были отправлены к паразитологу для дальнейшего обследования и лечения.

У 3 (1,4%) детей в последующем был подтвержден диагноз коклюш при сочетании ПЦР (обнаружение антигена в гортанно-глоточном смыве с задней стенки глотки) и метода ИФА (выявление специфических антител).

Таким образом, у подавляющего большинства больных 1-й группы (возраст до 7 лет) была определена инфекционная причина длительного кашля. Кроме того, у 27 (12%) пациентов 1-й группы при обследовании был зарегистрирован высокий уровень общего IgE (264±28,2 кЕд/л), в том числе у 14 (64,4%) определялись и специфические IgE, преимущественно к ингаляционным аллергенам. Интересно, что, несмотря на отягощенный семейный и личный аллергоанамнезы, у этих детей не было указаний на повторные эпизоды бронхиальной обструкции на фоне острой респираторной вирусной инфекции (ОРВИ). Состояние было расценено как аллергический ларинготрахеит. Проведение элиминационных мероприятий, включение в лечение монтелукаста, обратных агонистов Н1 рецепторов 2-го поколения дало положительный результат.

У 28 (13%) детей убедительную причину продолжительного кашля определить не удалось, при этом 3 (10,7%) пациентам клинически был поставлен диагноз гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь (в силу раннего возраста невозможно проведение инструментальных методов подтверждения). У остальных состояние было расценено как кашлевой шлейф или постинфекционный кашель на фоне рекуррентных ОРВИ. Ведение таких пациентов подразумевает профилактику повторных ОРВИ с использованием бактериальных лизатов, пидотимода.

Всем пациентам 1-й группы при наличии косвенных признаков аденоидов, а также объективных признаков хронического аденоидита (стекание слизи или слизисто-гнойного экссудата по задней стенке глотки) лечение проводил оториноларинголог. При этом эндоскопическое исследование носоглотки объективно было необходимым у 24 (21,4%) больных. У остальных детей косвенные клинические признаки аденоидов были достаточно выражены для постановки диагноза. Проводились следующие лечебные мероприятия: ирригация полости носа физиологическим раствором, перемещения лекарственных препаратов противовоспалительного характера, применение топических противовоспалительных препаратов (изофра). После проведенного лечения кашель прекратился или его интенсивность снизилась до незначительной у всех больных. 71 пациенту (63,4%) рекомендована аденотомия в плановом порядке.

Во 2-й группе у детей в возрасте от 7 до 14 лет СПНЗ имел место у 26,2%. СПНЗ характеризовался ощущением щекотания, першения в горле, появлением кашля во время разговора, усилением кашля в первые 20—30 мин после принятия горизонтального положения, характерным «влажным» кашлем с отхождением «мокроты» (слизи из носоглотки) и отсутствием физикальных изменений в легких. Практически у всех пациентов при осмотре ротоглотки можно было увидеть стекающую по задней стенке глотки слизь, гипертрофию задней стенки по типу «булыжной мостовой». При задней риноскопии у 87% детей с СПНЗ определялись аденоиды I или II степени.

Достаточно интересные данные были получены при анализе риноцитограмм детей этой группы. Было зарегистрировано одномоментное значительное увеличение как количества нейтрофилов (от 75 до 85%), так и эозинофилов (от 10 до 19%). Объяснение этому явлению было найдено в работе М.З. Саидова и соавт. [10], где эозинофилия в тканях аденоидных вегетаций расценивается как признак хронического воспалительного процесса. Примечательно, что эти изменения отмечались даже при отсутствии признаков гиперплазии глоточной миндалины. В описанном случае лечение также проводилось совместно оториноларингологом и пульмонологом.

В связи с тем, что бронхиальная астма (БА) традиционно рассматривается как основная причина длительного кашля у детей этой возрастной группы [7], всем пациентам 2-й группы были проведены определение общего IgE и оценка функции внешнего дыхания. Клинически значимое повышение уровня общего IgE было выявлено у 17 (20,2%) детей, из них чаще встречались пациенты с аллергическим ринитом (АР) и риноларинготрахеитом (64,7%). У 2 (11,8%) пациентов впервые была диагностирована БА, кашлевой вариант, при этом отмечалось достоверное снижение показателей форсированной жизненной емкости легких (ФЖЕЛ) (67±3,5%), соотношения ОФВ1/ФЖЕЛ (0,76±0,05), суточная вариабельность ПСВ по данным ПФМ — 23,7±0,5% (показатель более 20% свидетельствует о гиперреактивности дыхательных путей). У 4 (23,5%) пациентов с длительным кашлем впервые было выявлено сочетание БА и А.Р. Назначение монтелукаста позволило существенно снизить частоту и интенсивность кашля.

Всем детям этой группы проводилось лечение аденоидов и хронического аденоидита. При незначительно выраженной симптоматике и аденоидах первой степени лечение ограничивалось ирригацией полости носа спреями «Аква Марис», а также «Аква Марис лейка», а также применением местных иммунокорректоров (деринат в виде капель или ингаляций). При аденоидах второй степени, а также выраженной симптоматике обострения хронического аденоидита лечение дополнялось перемещением противовоспалительных лекарственных препаратов, топических антибактериальных препаратов, после купирования обострения – топических кортикостероидов. 40 пациентам (47,6%) рекомендована аденотомия в плановом порядке.

В отличие от опубликованных ранее исследований [8] о высокой встречаемости инфекционных причин хронического кашля (микоплазменная инфекция — 43,9%, герпесвирусная инфекция — 42,2%, пневмоцистная инфекция 21,4%, хламидийная 6,25% в виде моно- или микст-инфекций), у пациентов 2-й группы были получены более скромные результаты. Так, частота микоплазменной инфекции (подтвержденной ПЦР и ИФА) составила 11,9%, хламидийной — 3,5%, герпесвирусной (преимущественно герпес 6-го типа) — 13,1%.

Неожиданной была высокая частота встречаемости (у 25,1% детей) синдрома вегетативной дисфункции с пароксизмами кашля. Кашель в этом случае был звонким, поверхностным (подкашливание), усиливался при эмоциональном возбуждении, прекращался ночью и при резком переключении внимания ребенка. Диагноз ставился после исключения других причин и подтверждался методом кардиоинтервалографии. Совместное лечение с неврологами и психологами, обязательное включение вегетокорректоров позволило добиться хороших результатов без использования препаратов, традиционно применяемых для лечения кашля.

Заключение

Таким образом, в патогенезе кашля важную роль играет СПНЗ, обусловленный хроническим воспалительным процессом в глоточной миндалине. В связи с этим после исключения других причин кашля целенаправленная терапия СПНЗ должна предусматривать ирригацию полости носа физиологическим раствором (носовой душ), применение местных противовоспалительных препаратов (изофра), местных иммуномодуляторов (деринат в виде ингаляций или вливания в нос), модифицированного метода перемещения, топических кортикостероидов после купирования обострения.

]]>

Предыдущая статья618
Следующая статья620