— Мама! – елозивший поползень удивленно оглянулся. — Мама! — Мам.. – сдавленный хрип заглушался звонким журчанием родника

15.11.201916:03

— Мама! – елозивший поползень удивленно оглянулся. — Мама! — Мам.. – сдавленный хрип заглушался звонким журчанием родника

— Мама! Мама! Хныкающий малыш лет двух сжался у калитки. — Ну что ты, мой хороший, ударился, очень больно? – молодая женщина выбежала из дома и ласково обняла ребёнка. — Ань. — Нет? Красота ты моя ненаглядная, аккуратнее надо быть, хорошо, сыночек? – она погладила торчащие кучеряшки, — обещаешь? — Дя, — малыш крепко прижался.

Три года спустя. — Мама! — Ах ты, мой непоседа, — женщина выбежала из дома и обняла сына, — что ж ты так неосторожно, сейчас мама тебя вылечит. Промыв ссадину на колене водой она приложила лист подорожника к ранке и замотала тряпицей. — Не больно, мой хороший? — Нет, — малыш улыбнулся, — мама, ты у меня самая лучшая. — А ты у меня — единственная радость в этой жизни, — улыбнулась женщина, — ты моя гордость.

Тринадцать лет спустя. — Мама! Молодой подтянутый красноармеец распахнул калитку. — Господи, кровинушка моя ненаглядная, — женщина выбежала из дому и крепко обняла сына. — Не плачь, не надо, я вернусь, обещаю, я вернусь, — он поцеловал седеющие волосы и, поправив винтовку, выбежал на улицу. Оглянувшись, он увидел как мать дрожащей рукой крестит… — Мама, ты у меня самая лучшая, я вернусь!

Три месяца спустя. — Мама! – елозивший поползень удивленно оглянулся. — Мама! — Мам.. – сдавленный хрип заглушался звонким журчанием родника. Молодой красноармеец с трудом выдохнул. Он остался один, в лесу. Остальные где-то там, в полях, в редких пролесках, среди камней и болот, в лесах и безымянных речушках. Он последний из роты, израненный, окровавленный, без сил. Здесь, в сосновом бору. Среди тишины, которую нарушает звонкое журчание родника. Где-то внутри горят огнём пули – не уберегся, зацепило очередью. Если бы только кто-то знал, как это больно. — Мама… — Что, мой хороший? Он вздрогнул и открыл глаза. Над ним склонилась… — Мама? — Мой ты непоседа, опять? – она ласково улыбнулась. — Мама, ты здесь, как, я же… — Я знала, сынок, что нужна тебе, вот и пришла. Потерпи. Сейчас станет легче. Она смочила в роднике тряпицу и осторожно вытерла кровь с лица сына. — Не больно? — Нет, мама, ты у меня самая лучшая. — Поспи, красота ты моя ненаглядная, — она нежно погладила волосы, — поспи, тебе нужно. Он улыбнулся и, вздохнув, закрыл глаза. *** В сосновом бору звонко журчал родник, щедро осыпающий сияющими каплями лицо молодого красноармейца, крепко сжимавшего мертвыми белыми пальцами винтовку. *** А где-то далеко, в маленькой деревушке, у дома сидела пожилая женщина. Невидящие глаза смотрели на яркое летнее небо, а на лице застыла улыбка. Она ушла вместе с сыном.

Мама, ты у меня самая лучшая. Светлой памяти Гавдей (Авдей) Анны Авдеевны, отдавшей фронту двух сыновей, и всем матерям, не дождавшимся своих детей, посвящается.

— Мама! – елозивший поползень удивленно оглянулся. — Мама! — Мам.. – сдавленный хрип заглушался звонким журчанием родника
Adblock
detector